Коллекторская организация обратилась в районный суд с иском о взыскании с гражданина С. задолженности по кредитному договору, ссылаясь на то, что в феврале 2015 года между Банком и ответчиком заключен кредитный договор, однако заемщик свои обязательства по возврату кредита не исполнил, что привело к образованию задолженности в размере более 300 тысяч рублей.

В 2019 году между Банком и Коллекторской организацией заключен договор уступки прав требований, по условиям которого к истцу перешло право требования с гражданина С. задолженности по кредитному договору.

Из материалов дела видно, что в мае 2017 года Банк обращался за выдачей судебного приказа, который по заявлению С. отменен в мае 2021 года. С настоящим иском в суд Коллекторская организация обратилась в марте 2025 года.

В ходе рассмотрения дела ответчик С. заявил о пропуске сроков исковой давности.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, районный суд указал, что срок исковой давности коллекторами действительно пропущен, а каких-либо допустимых доказательств в подтверждение перерыва течения срока исковой давности истцом не представлено.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Коллекторская организация обратилась с апелляционной жалобой в вышестоящий суд, ссылаясь на необоснованность применения сроков исковой давности.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия с решением районного суда согласилась, поскольку они сделаны на основании правильно примененного закона с учетом установленных по делу обстоятельств. Доводы апелляционной жалобы о необоснованном применении судом первой инстанции срока исковой давности признала несостоятельными, поскольку ссылок на нормативное обоснование, либо на неправильно установленные по делу обстоятельства, они не содержат.