Гражданка Р. обратилась в районный суд Республики Бурятия с иском к несовершеннолетнему Э.Т.Ж. в лице его законного представителя Б., Военному комиссариату Республики Бурятия, к заинтересованному лицу Н., в котором просила установить факт нахождения ее с 2016 г. по апрель 2024 г. в фактических брачных отношениях с Э.Ж.Б., умершим в апреля 2024 г. в ходе проведения специальной военной операции на территории Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики.

Требования мотивированы тем, что истец Р. с Э.Ж.Б. состояла в фактических брачных отношениях с 2016 г., проживали с ним по одному адресу. Установление факта нахождения в фактических брачных отношениях необходимо истцу для получения денежных выплат в связи с гибелью Э.Ж.Б.

10.10.2024 г. Октябрьским районным судом Республики Бурятия постановлено решение об отказе в удовлетворении иска гражданки Р.

Не согласившись с вынесенным решением, истец Р. подала апелляционную жалобу, в которой просила отменить решение суда первой инстанции и удовлетворить требования истца в полном объеме, указывая на то, что истцом в ходе рассмотрения дела были представлены достаточные доказательства для удовлетворения ее требований. Дополнительно указала на то, что установленные в судебном порядке брачные отношения будут являться браком. Они будут признаны законными, что дает фактической супруге право наследования и доступ к социальным и другим льготам в соответствии с действующим законодательством.

Определением Верховного Суда Республики Бурятия от 22 января 2025 г. судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам судопроизводства в суде первой инстанции и привлекла к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Министерство Обороны Российской Федерации, страховую компанию АО «СОГАЗ», ФКУ «75 финансово-экономическая служба» Министерства Обороны РФ и войсковую часть, в которой проходил службу Э.Ж.Б.

По результатам рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции решение Октябрьского районного суда гор. Улан-Удэ от 10.10.2024 г. отменено и вынесен новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований Р. В своем апелляционном определении суд указал о том, что в силу ч. 2 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации признается брак, заключенный только в органах записи актов гражданского состояния. Статьей 10 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния. На основании государственной регистрации заключения брака выдается свидетельство о браке. Права и обязанности супругов не могут возникнуть из фактических брачных отношений мужчины и женщины без государственной регистрации заключения брака, сколько бы длительными эти отношения не были. Поскольку действующее семейное законодательство не считает браком фактическое совместное проживание граждан, поэтому такие отношения в силу положений пункта 2 статьи 10 Семейного кодекса Российской Федерации не порождают тех правовых последствий, которые вытекают из браков, заключенных в органах записи актов гражданского состояния. Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 Постановления Пленума Верховного суда СССР от 21 июня 1985 г. "О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение", суд не вправе рассматривать заявление об установлении факта нахождения в фактических брачных отношениях, возникших после 8 июля 1944 г., в связи с чем после 8 июля 1944 г. только зарегистрированный в органах ЗАГС брак порождает права и обязанности супругов. 

Следовательно, факт нахождения истца Р. в фактических брачных отношениях с погибшим Э.Ж.Б. не может быть установлен судом.